Показано с 1 по 1 из 1
  1. #1
    4elovek
    Guest

    По умолчанию Законность и законники

    Хотелось бы сразу предупредить, что тема довольно большая по объему, но, все таки, прочитать ее стоит.

    Ибо от подобного никто из вас, или ваших близких, не застрахован. Скажу сразу, все приведенное в ней - чистая правда. Разумеется за исключением того, что ФИО ее участников были изменены. Кому нужна более обстоятельная инфа, можете писать на мыло (xndr74(@)yandex.ru), или в личку.

    --------

    Законность и законники

    Данная статья, как будет видно далее, написана людьми, заинтересованными в привлечении внимания к проблеме переноса бытовых стереотипов в сферу правосудия, проблеме соблюдения законности законниками, и естественно, к конкретному случаю. Получившиеся по прочтению у Вас выводы будут основаны на мнении одной стороны, хотя здесь приводятся и противоположные суждения, факты.
    В качестве предисловия необходимо заметить, что в кругах юристов, адвокатов, преподавателей уголовного права\процесса широко обсуждается, на какой стороне все-таки находится лицо, ведущее уголовное дело. Закон относит следователя к стороне обвинения, при этом обязывает его надлежащим образом исследовать все доводы, что в свою защиту приводит обвиняемый. Суд же впоследствии (половина судей-бывшие следователи) фактически не допускает и мысли, что человека можно оправдать за недостаточностью улик, тем более что обязанность «всесторонне и объективно» исследовать все обстоятельства дела с суда законом снята. Теперь суд может выносить приговор и при неисследованных (иногда действительно значимых) обстоятельствах.
    Никого не обвиняя, просто констатируя факт, можно утверждать, что имеют место быть вопиющие факты «надлежащего» расследования как в стадии предварительного следствия, так и в суде. Судья обязан судить в соответствии с законом и совестью, на основании внутреннего убеждения. Только вот иногда убеждение в виновности\невиновности преобладает, а закон остаётся побоку.
    Как пример, противоположный приведенному ниже, можно указать приговор Московского городского суда от 8 июня 1998г, (резонно отмененный судебной коллегией Верховного суда РФ), согласно которому братья Шарандины оправданы за отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного ст.102 п.п."а, з, н" УК РСФСР мышленное убийство при отягчающих обстоятельствах). Согласно приговора, двое братьев-строителей, над которыми издевались наниматели, в порядке самообороны приобрели и закопали пистолет, а затем поочередно заводили в подвал ничего не подозревающих обидчиков, где стреляли в затылок.
    По нашему мнению, так же, как и в случае, послужившем причиной для написания данных строк, суд при вынесении приговора руководствовался бытовыми стереотипами, эмоциями (жалость к бедным гастарбайтерам), закрывая глаза на объективные обстоятельства, на жесткие рамки закона. Оправдательные приговоры, исходя из имеющейся статистики, отменяются очень легко. Обвинительные же, особенно если человек уже в ходе следствия претерпел какие-либо ограничения, лишения, или тем паче, заключен в камеру, в лучшем случае, изменяются – срок уменьшается, изменяется квалификация, и т.п. Признать несостоятельность своих доводов и необоснованность привлечения человека к ответственности гораздо труднее, чем «сделать так, чтоб не жаловались». Корпоративная этика не позволяет прокурору вернуть дело из суда следователю в связи с выявлением значимых нарушений закона, особенно если прокурор убежден, что подсудимый виновен.
    Что же главнее – внутреннее убеждение законника или закон ? Посмотрим…

    Змея, кусающая свой хвост.
    26.11.2003 года Указом Президента был создан Совет при Президенте РФ по борьбе с коррупцией. Первоначально он имел целью "совершенствование государственной политики по противодействию коррупции, устранение причин и условий, порождающих коррупцию, искоренения злоупотреблений и пресечения преступлений с использованием должностного положения, обеспечения соблюдения норм служебной этики государственными служащими, создания благоприятных условий для развития экономики страны." То есть, наравне с коррупцией, целью была «чистка» рядов должностных лиц, - чиновников и людей «служивых».
    С какой помпой всё это началось, мы все помним. В июне того же 2003г. в г. Москве были арестованы несколько состоящих в немалых чинах сотрудников милиции - "оборотней", которые фабриковали уголовные дела, подбрасывая гражданам наркотики и оружие. Понятно, что глубина морального падения так называемых "оборотней в погонах", их цинизм и изощренность ни с чем не сравнить. В своей преступной деятельности они пользовались государственными должностными полномочиями, прикрывались исполнением служебного долга, и фактически совершили предательство интересов службы своему государству. В тот период исполнительными органами были изданы многочисленные приказы, письма «о мерах, направленных на усиление борьбы с должностными преступлениями».
    Затем в СМИ был поток статей о «красных» захватах предприятий, когда с помощью тех же "оборотней в погонах" возбуждались уголовные дела, арестовывались и "прессовались" соответствующие люди; изымались необходимые документы, срывались арбитражные процессы под предлогом осуществления неких оперативно-следственных мероприятий в отношении участников процесса. (См. например Труд. 2002. 18 сент.; РГ. 2004. 17 сент.).
    В результате целенаправленной работы выявление только сотрудниками МВД преступлений, связанных с превышением должностных полномочий, повысилось на 21% в 2005 г. по сравнению с предыдущим годом.
    Динамика некоторых коррупционных деяний

    ┌────────┬─────────────────────────────────────────────────────────┬──────────────┬─────── ─────────┐
    │ N │ Преступления │ 2004 г. │ 2005 г. │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 1. │Злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК РФ) │ 3145 │ 3427 │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 2. │Коммерческий подкуп (ст. 204 УК РФ) │ 2025 │ 2178 │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 3. │Злоупотребление должностным положением (ст. 285 УК РФ) │ 4825 │ 6475 │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 4. │Превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) │ 4946 │ 6009 │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 5. │Получение взятки (ст. 290 УК РФ) │ 5273 │ 5720 │
    ├────────┼─────────────────────────────────────────────────────────┼──────────────┼─────── ─────────┤
    │ 6. │Дача взятки (ст. 291 УК РФ) │ 3655 │ 4101 │

    См. Сводные отчеты по Российской Федерации "О работе подразделений криминальной милиции по выявлению и раскрытию преступлений экономической направленности" за 2004-2005 гг.
    С другой стороны, помимо исторически сформированного чувства страха перед политическими репрессиями, общественное сознание из СМИ постоянно получало и получает свидетельства о многочисленных фактах нарушения прав человека со стороны лиц, наделенных государством властными полномочиями. Активизация борьбы с так называемыми оборотнями, взяточниками значительно усилила тревогу рядового гражданина за свои права и свободы, склонила его к мысли о том, что для него основная опасность исходит не от равного ему, с которым можно бороться, а от государства, с которым бороться бесполезно. Результатов, значимых для гражданина, проводимые периодически компании типа "Чистые руки", "Оборотни в погонах" вряд ли достигли. Те же взятки, те же ограничения в правах люди наблюдают ежедневно.
    В пику нашим «чистильщикам» можно привести факт, что операция "Чистые руки", проведенная в Италии в начале 90-х годов, имела ошеломляющие результаты. В результате "чистки", покончившей с невиданной для цивилизованного государства коррумпированностью власти, оказались "выведены из оборота" 80% итальянских политиков.
    Наши же в ходе «кампаний» чистят рыбу не с головы, нет. Та же отчетность и принцип «рука руку моет» остаются основными. Как бы то ни было, но разговоры о том, что стоит лишь власти взять дубинку покрепче и начать как следует контролировать правоохранительные органы, суды и т.д., массово сажать оборотней в погонах и без оных, и все сразу станет законно и хорошо, - полная ерунда. Милиция и другие – это плоть от плоти народной, воспитанные на тех же улицах и в тех же школах, живущие рядом с нами. Всенародное бухтение-осуждение «менты-козлы, выбивают-сажают невинных» имеет бытовое происхождение, - основано на отельных фактах, да, но не называют же всех чиновников администрации взяточниками из-за отдельных фактов, нет?
    Совершить любое должностное преступление «в отрыве» от других должностных и контролирующих лиц практически невозможно. Так, если бы по знаменитому делу московских оборотней, подкидывавших пистолеты БОМЖам, суд открыл глаза и посмотрел на то, КТО перед ним сидит, открыл уши и услышал, ЧТО они говорят, решение было бы – оправдать. Лексикон и внешность опустившегося человека вряд ли соответствует таковым у «продавца пистолетов». Поэтому какими бы плохими ни были сотрудники милиции или прокурор, плохо надзирающий за работниками милиции, вся ответственность в итоге лежит на ВСЕХ лицах, которые поэтапно «провели к приговору»- милиция-следователь-прокурор-адвокат(а он был БОМЖам предоставлен!)-суд, который вынес обвинительный приговор невинным.
    «Карающим мечом» и инструментом чисток в РФ фактически является только прокуратура. Закон позволяет прокурору надзирать практически за всеми, при этом за самими прокурорами не надзирает никто. Права – полномочия прокурорских работников настолько обширны, что они могут быть названы «четвертой ветвью власти». Многочисленные громкие дела, доведенные до суда, дают прокуратуре право рассчитывать на всенародную признательность за борьбу с "оборотнями" в рядах правоохранительных органов. Только что-то не торопится народ выражать признательность и благодарность надзирателям за законностью. Может быть, потому, что многие сталкивались с этой машиной?
    Однако, полномочия прокуратуры не дают ей возможности «свободного поиска», выявления преступлений. Должностные преступления в большинстве своем являются латентными, т.е. скрытыми, часть их можно выявить, проводя проверку по жалобам граждан, другую часть – проверяя документы. По всем преступлениям, отнесенным к подследственности прокуратуры, поиск свидетелей, вещдоков, обеспечение других мероприятий всегда исполняла милиция, и особенно уголовный розыск. Так, любое заявление об изнасиловании, сообщение об убийстве, о взятке проходит первоначальную стадию проверки уголовным розыском, именно им выявляются свидетели, подозреваемые, определяются основные направления расследования и конкретные действия. Только после получения достаточной информации прокуроры начинают собственно, следствие. По сути, прокуратура безрука и безнога в вопросах, касающихся «выявить-найти-узнать-доставить-разведать», не касающихся работы с документами. Кроме того, прокуроры обязаны следить за соблюдением буквы закона всеми вокруг, и соответственно быть кристально чистыми. Отсюда возникает мысль – собрался садить «оборотня», свою бывшую руку-ногу - делай это красиво, ведь ты прокурор.

    Собственно, повод
    25.03.2008г. Арсеньевским судом за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 286 УК РФ осуждены к 4 годам лишения свободы капитан милиции старший оперуполномоченный ОУР ОВД по Арсеньевскому ГО Окунев, и майор милиции в отставке, бывший зам. начальника ОУР Ерпылев. Рассмотрение данного дела в суде заняло почти 3 года. После суда осужденные помещены в камеру, от которой в 2 метрах находится камера потерпевшего. Родственники в ужасе, милиция в недоумении. В городе слухи, - «еще двоих посадили, за то, что показания выбивали». В прокуратуре говорят, что это «пробный камень», вскоре в камерах окажутся многие. Идет кампания по искоренению коррупции, оборотней в погонах. Есть конкретные кандидаты.
    Фактически, прокуратура привлекла к ответственности свою «правую руку» - старшего группы Арсеньевского угрозыска по раскрытию убийств, наиболее грамотного сотрудника, отлично знающего свой «контингент», и владеющего способностями раскрывать тяжкие преступления, даже значительной давности. Второй же осужденный долгое время в ОУР занимался раскрытием квартирных краж, затем осуществлял оперативную работу в ИВС. За время работы на их счету – огромное количество раскрытых неочевидных преступлений, многоэпизодных и тяжких. Третий сотрудник подразделения по раскрытию убийств, не менее заслуженный, не дожил до приговора (возможно, что и судебные тяжбы сыграли в этом некоторую моральную роль). Что же случилось, из-за чего нормальные вроде парни стали «оборотнями»? Кто их укусил? Не зная, что же именно произошло, трудно судить заочно.

    Один день из жизни потерпевшего
    24.11.2004г. будущий потерпевший от оборотней гр. Чебыкин с сожительницей З. выпивали в кафе «Ностальгия». Примерно в 22 часа они сели в а\м друга – гр. Е., и собрались ехать домой. В это время подошли сотрудники милиции, вызванные по поводу драки в кафе и потребовали выйти из а\м. Подошедший к а\м избитый милиционер Клименко указал на Чебыкина как на одного из избивавших его (Чебыкин драку отрицает). Милиционеры потребовали, чтобы Чебыкин проехал в ГОВД для разбирательства, Чебыкин не хотел ехать, сопротивлялся, ударил в лицо милиционера Карпухина (Чебыкин удар отрицает). Для пресечения сопротивления к Чебыкину применили спецсредства, при этом, по версии Чебыкина и троих его друзей(давали эти показания на суде), ударили прикладом по голове, избивали. По доставлению в ГОВД на Чебыкина был оформлен административный протокол за неповиновение законным требованиям милиционеров (Любой постовой-патрульный вам скажет, что это обычная практика, - доказать, что милиционера ударили, можно только если есть явные или «тяжелые» побои, и надежные свидетели. Прокуратура никогда не берет «слабые» материалы по фактам насилия в отношении представителя власти).
    Будучи помещен в камеру для задержанных («телевизор»), Чебыкин тут же избил ногами спавшего там гр. Бакунова (будущего своего свидетеля). По приезду следственно-оперативной группы с убийства, подполковник Уваров проводил Чебыкина на 4 этаж ГОВД, где дал указание сотруднику ОУР К. опросить Чебыкина по поводу драки в кафе, и повернулся уходить. В этот момент Чебыкин нанес удар в лицо Уварову (на глазах находившихся рядом двоих милиционеров), сломав ему нос. На суде Чебыкин заявил, что его собирались изнасиловать, и удар он нанес машинально.

    Не привлекался.
    В суде по обвинению Ерпылева и Окунева потерпевший заявил, что не судим, никогда не привлекался. Однако к делу судом приобщены документы о том, что Чебыкин еще в 1995 г. привлекался к уголовной ответственности за хулиганство (плевался и разбил лицо киоскеру в ответ на отказ продать ему сигареты за недостаточную сумму), в 2003 г. совместно с Белобабовым (находится в розыске за Арсеньевским судом по этому факту) участвовал в драке с сотрудниками прокуратуры, в 2004г. привлекался к уголовной ответственности за то, что сломал руку и выбил зубы Вакилову за то, что тот слишком близко к нему проехал на а\м. На протяжении нескольких лет Чебыкин многократно привлекался к административной ответственности за неподчинение требованиям сотрудников милиции (что иногда под этим подразумевается, описано выше). В 2005 г., уже находясь под стражей, он кидался на зам.нач. ИВС, пытался его ударить, за что был признан склонным к нападению на конвой. Однако, привлечение к уголовной ответственности до 2004 г. заканчивалось для Чебыкина крайне удачно – в 1995 амнистия, в 2004 примирение сторон (по каким мотивам, можно узнать у самого Вакилова – к нему приезжала компания от «смотрящего» по г.Арсеньеву Димы Б., и настоятельно просили порешать вопрос о примирении. При этом вскользь упоминалось, что дом Вакилова-деревянный, и «почему он не боится сгореть?»).

    Беспредел оборотней в отношении беззащитного.
    Чебыкину 25.12.2004 г. судом было назначено адм. наказание в виде ареста на 15 суток. Избитый же в «Ностальгии» милиционер Клименко заявление так и не написал, а через некоторое время вообще уехал из города (по некоторым слухам, по причине давления со стороны «офиса»).
    8.12.2004 г. в прокуратуру явился адвокат Баранов (именно он вел ранее защиту Чебыкина по факту избиения Вакилова, результат – примирение сторон), и предъявил ордер на защиту Чебыкина от обвинения в нанесении перелома носа Уварову. Одновременно он попросил зарегистрировать заявление от имени Чебыкина (им не подписанное). В объяснении Баранов указал, что Чебыкина в ночь на 1.12.2004 г. в каб.№3 ИВС избили трое пьяных милиционеров с банками пива, сломав ему нос влево, а через некоторое время пришли еще 2-3 милиционера и свернули нос в другую сторону. 7.12.2004г. в ходе разговора в том же кабинете Чебыкин непосредственно указал Баранову на пятна крови на трубе отопления слева от входа, и рядом с батареей на стене справа от входа.
    Зам. прокурора Вейнц, уже возбудивший уголовное дело в отношении Чебыкина, и зам. прокурора Степыко, явились в ГОВД вечером 8.12.2004г, где Вейнц допросил Чебыкина по перелому носа Уварову, и в 18 час.09 мин. составил протокол задержания в порядке ст.91 УПК РФ, т.е. фактически оформил его в камеру к уголовникам. После оформления Степыко отобрал от Чебыкина объяснение по поводу поданного Барановым заявления. Самостоятельно заявление Чебыкин на привлечение кого-либо к ответственности не писал, об ответственности за ложный донос не предупреждался (по каким причинам, попробуем выяснить позже).
    Далее, дождавшись полуночи, в отсутствие милицейского начальства, прокурорами был проведен «тайный» осмотр каб.№3, в ходе которого были обнаружены пятна крови, причем не в тех местах, что указал адвокат Баранов. Так, посредине левой от входа стены обнаружилось пятно 6х5 см., два пятна на правой стене, по одному пятну за батареей и на решетке окна, и группа пятен на площади 27х30см. на стене слева от окна. Все эти пятна позже исследовались, и признаны кровью, совпадающей по группе с кровью потерпевшего. Баранов позднее на допросе вновь подтвердил, что 6-7 декабря в каб. № 3 видел пятна крови только на трубе отопления и на правой стене.
    Чебыкин после «оформления» в камеру рассказал прокурорам, что его в час ночи 1.12.2004г. завели в каб.№ 3 ИВС трое милиционеров (назвал пофамильно), и избивали кулаками и банкой пива по голове и телу в течении часа, неоднократно ломая нос, который он периодически вправлял на место. Банкой пива ему разбили голову, рассекли бровь, причинили синяки под глазами и другие побои. Затем его вывели на 4 этаж ГОВД, где продолжили избивать кулаками по лицу и телу с некоторыми перерывами до 5 часов утра. Били из мести за сломанный нос Уварова-их начальника. После избиения Чебыкин 2 дня не ел, в связи с этим сотрудники ИВС вызвали «Скорую», которая зафиксировала побои. Больше ни до этого случая, ни позднее, никто его не бил, и вообще не выводил, кроме адвоката Баранова.
    Следствие
    17.12.2004 г. прокуратурой г. Арсеньева было возбуждено уголовное дело по ч.3 ст. 286 УК РФ (превышение полномочий с применением насилия), в отношении неустановленных сотрудников милиции. Возбуждение уголовного дела в отношении сотрудников милиции для прокуратуры - всегда праздник. Должностные лица редко «попадаются», а плановые показатели и отчетность по данному направлению в прокуратуре имеется, от выполнения плана зависит продвижение по службе и т.д.
    Быстро были найдены свидетели – трое заключенных из третьей по счету от кабинета камеры, и трое из камеры административников, расположенной напротив. Свидетели видели, как трое милиционеров завели Чебыкина в кабинет, у них были банки с пивом. Затем из кабинета свидетели слышали крики, хлопки, стоны.
    Проведены экспертизы, согласно которым телесные, зафиксированные на Чебыкине, соответствуют его рассказу, и не соответствуют показаниям осужденных. Расположение следов крови в кабинете также, согласно экспертизе, полностью соответствует показаниям Чебыкина, а на вопрос о возможности искусственного их нанесения эксперт ответить не смог. Была проведена проверка законности ВСЕХ постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенных в 2004-2005 г. с целью выявления должностных подлогов, укрывательств преступлений осужденными (дополнительные эпизоды-укрывательство преступлений, должностной подлог и т.п. прокуратуре не помешали бы, но почему-то не были выявлены).
    Дело «расследовалось» до апреля 2005 г. (4 месяца), с такой активностью, что потерпевший впервые был допрошен 15.02.2005г. (именно в это время начался судебный процесс по носу Уварова, и была возможность, что Уваров изменит показания). И когда уже прошло время, когда возможные свидетели защиты забыли факты, имеющие значение для дела, следователь решил «включить» в дело троих подозреваемых, для чего вынес в отношении каждого меру пресечения в виде подписки о невыезде, по основанию «в ходе расследования установлено, что по данному делу подозреваются Ерпылев, Окунев и Старченко. Учитывая, что явка «фамилия» для производства следственных действий возможна без его изоляции для общества, то ему может быть избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде».
    Вот такой «финт ушами». Необходимо пояснить, что по закону подозреваемый – это лицо, либо в отношении которого возбуждено уголовное дело (не наш случай), либо задержанный (в камеру) по ст.91 УПК РФ, либо в отношении которого избрана мера пресечения в порядке ст.100 УПК РФ. Необходимых по закону оснований для избрания меры пресечения у зам.прокурора не было, тем не менее, он трижды это сделал, более того, вынес постановление о розыске одного из «подозреваемых» милиционеров, и раздал ориентировки на его задержание.
    Смысл «финта» зам.прокурора вот в чём. Для возбуждения уг.дела по ст.286 УК РФ(как и по любому другому должностному преступлению) необходимо установить конкретное должностное лицо, определить конкретный круг его полномочий, и выявить деяние «при исполнении», явно и бесспорно выходящее за пределы полномочий лица. Возбуждением уголовного дела «по факту» был искусственно создан четырехмесячный «вакуум» вокруг трех известных лиц, не позволивший им своевременно дать правдивые показания, знакомиться с экспертизами и дополнять их вопросами, давать развернутые объяснения по уже установленным следователем фактам. Парни работали в угрозыске, раскрывали преступления, будучи уверенными, что дело возбуждено «для галочки», и всё уже выяснено. А прокуратура в это время строила «коробочку» из подогнанных друг к другу показаний, из которой не вырвешься, будь ты трижды прав. Не понимать незаконности возбуждения дела и постановлений об избрании меры пресечения зам прокурора (осуществляющий контроль за этим по службе) не мог.
    На эти обстоятельства впоследствии суду неоднократно указывалось, был получен ответ «не имеете права обжаловать данные решения, т.к. уже получен доступ к правосудию». То есть, законно или незаконно принимались знаковые процессуальные решения прокуратурой – никого не колышет, права если и нарушались, то на следствии, а тут идет СУД. И суд расследует факт, а не незаконные финты следствия. И не ссылайтесь на ст.7 УПК РФ, ст.46 Конституции РФ, - это бесполезно.
    В первых допросах (сразу в качестве подозреваемых - постановления об избрании меры пресечения дали такой статус), Ерпылев, Окунев и Старченко дали подробные, последовательные показания, которые не вписались в установленную следствием картину. Аналогичные показания были даны и на суде. Суть их в том, что в каб.№3 с потерпевшим проводился оперативный опрос, затронувший знакомства, связи, причастность его и других к совершению преступлений. В ходе беседы Чебыкин заявил, что он не «стукач», и неожиданно нанёс удар в лицо Ерпылеву, пытался нанести еще, а Ерпылев для пресечения дальнейших ударов захватил Чебыкина за одежду, и пытался провести залом руки за спину, при этом оторвался левый рукав пуховика Ерпылева. Залом не получился, и оба упали на пол, где продолжали борьбу, причем Чебыкин ударился лицом. Когда его подняли и успокоили, обнаружилось, что из носа течет кровь, а бровь рассечена, синяков и других телесных причинено не было. Естественно, во время борьбы и после нее выяснялись отношения на повышенных тонах, были и крики, и взаимные оскорбления. Чебыкину дали умыться, и в последующем разговоре стороны от каких – либо взаимных претензий отказались. При этом все участники понимали, что как удар в лицо Ерпылеву, так и разбитый нос и бровь получены при сомнительных обстоятельствах. Чем заканчивается подача рапорта или заявления о нанесении побоев (разбита губа, порван пуховик) сотруднику милиции, находящемуся в гражданской одежде, вне служебного времени, без «гражданских» либо незаинтересованных свидетелей, и так понятно. Сотрудники ИВС в это время смотрели телевизор, и о происходящем узнали только по выходу участников. Чебыкина завели обратно в камеру, а кровь на полу вымыли. Утром о применении физ. силы «для информации» было доложено нач. ОУР Лукашину, т.к. претензий сторон друг к другу в тот момент не было. Закон вообще не обязывает милиционеров докладывать о каждом случае применения физической силы, если при этом не получено ранений.
    Прокуратурой в качестве доказательства вины был сделан осмотр книг регистрации заявлений-сообщений о преступлениях (КУС) ГОВД, в которых рапортов о применении физической силы к Чебыкину не обнаружилось. При этом прокуратура зарегистрировала заявление «от Чебыкина» у себя по книге входящей корреспонденции, а в КУС как заявление о преступлении (в нарушение всех приказов прокуратуры) – только 29.12.2004г., т.е. через 12 дней после возбуждения уголовного дела по этому заявлению. Кроме того, служебная проверка, фактически начатая 2.12.2004г., содержала в себе рапорта всех участников инцидента.
    Имея на руках заключение эксперта, что получение потерпевшим ВСЕХ зафиксированых на нем травм от падения и борьбы на полу маловероятно (и резонно рассуждая, что рубец на затылке, 3 ссадины на ногах, 2 кровоподтека на спине одновременно с травмами лица при падении не произойдут), зам.прокурора Степыко предъявил обвинение и направил дело в суд.
    Судебные «бодания»
    В суде же начали выясняться интересные вещи. Так, оказалось, что два «центральных» свидетеля обвинения – «административники» Дубровин и Чумаков являются наркоманами. Чумакова за несколько часов до «избиения» потерпевшего доставили в опьянении, вызванном наркотиками опиатной и каннабиноловой групп одновременно. Дубровин же был задержан за употребление наркотиков именно Ерпылевым, им же отрабатывался по краже во время административного содержания (кражу удалось доказать, явку с повинной от Дубровина отбирал Ерпылев), и «доброе» отношение к Ерпылеву со стороны Дубровина понятно.
    Как Дубровин, так и Чумаков потерпевшего знали ранее, а 2.12.2004г. Чебыкин просил их обоих сообщить родным, и подтвердить, что они слышали, как его избили. Они и подтвердили, как могли, ссылаясь в показаниях друг на друга – кто именно слышал\видел, малопонятно. Понятно только то, что третий свидетель, находившийся с ними в то же время в камере, опроверг их показания. В суде Дубровин присутствовать не смог – скончался в нежном возрасте (в 21 год) от передозировки наркотиков, а Чумаков в показаниях «плавал», ссылаясь на Дубровина и указав, что был свидетелем событий, находясь в наркотическом опьянении. Суд документы, свидетельствующие об отношении Дубровина к Ерпылеву, об опьянении Чумакова, принять к рассмотрению отказался, указав, что они «только характеризуют личности», и к делу не относятся. Тот же Чумаков, в нарушение принципа незаинтересованности понятого, после содержания в камере с Чебыкиным привлекался к осмотру каб.№3 прокурорами. Третий свидетель в суде подтвердил показания, данные ранее, противоречащие и опровергающие показания наркоманов.
    Адвокат Баранов в суде показал, что его наняли для защиты Чебыкина от обвинения в нападении на представителя власти, и он начал защиту с того, что пошёл к Уварову и другим, заявляя, что если Уваров не отзовет свое заявление, его подчиненных посадят. Также Баранов утверждал, что 7.12.2004г. Чебыкин был настолько плох, что не мог держать голову, шатался и т.п., но адвокат в связи с этим требовал освидетельствования, но не оказания мед. помощи подзащитному.
    Другие же свидетели в суде говорили, что Чебыкин 2.12.2004г. и далее был с синяками, ссадинами, но чувствовал себя вполне нормально, голову держал, спокойно разговаривал.
    Свидетель – Бакунов, вымывший пол в кабинете, в суде заявил, что на следствии подписал не читая то, что подсунули, т.к. его пугал большим сроком следователь, ведший его дело (его показания, данные на следствии, действительно невнятны), а теперь будет говорить правду. При этом указал, что только что, в суде, из соседней камеры Чебыкин угрожал выбить ему зубы, если Бакунов не даст показания «какие надо». После этого Бакунов дал показания, подтверждающие версию защиты. Суд дал оценку показаниям Бакунова так: Чебыкин – блатной, а Бакунов-опущенный, на этапе Бакунова загнали под нары, и поэтому последний не желает давать показания в пользу Чебыкина. Известно, что опущенные составляют порядка 3-7% от осужденных, и частенько ездят под нарами – всем им нельзя верить? Второй «опущенный» на суде давал путаные и противоречивые показания, выглядел испуганным, а после суда в ИВС написал заявление, указав, что боится ехать одним этапом с Чебыкиным. Его показания положены в основу приговора, как достоверные. Таким образом, его тоже загоняли под нары, но показания после этого он даёт в пользу Чебыкина. Третий «опущенный»-Рыбенко в суде указал, что показания давал под давлением следователя, обещавшего оформить его соучастником данного преступления. Допрос проводился после неофициального опознания, в ходе которого Чебыкин прямо указал на Рыбенко, как на лицо, мывшее кабинет. Чебыкин в суде подтвердил факт «неофициального» опознания. В суде же Рыбенко дал показания, вполне согласующиеся с показаниями осуждённых.
    Выяснилось, что Чебыкин днем 2.12.2004г. (на вторые сутки после инцидента) в ходе беседы в ИВС с сотрудниками краевого УВД выбегал из кабинета №3 с криками, что его избивают, требовал врача и сообщить родным, объявил голодовку, а через 2 часа при осмотре фельдшером плакал. Ему была вызвана «Скорая», и именно вечером этого дня Дубровину было сказано идти к родным рассказать, что его избивают. В предыдущие сутки Чебыкин вел себя спокойно, хотя вполне мог сообщить Дубровину-Чумакову о том, что его избили, - двери камер находились напротив. Чебыкин долго отрицал факт беседы с «краевиками», и только в суде под давлением многочисленных свидетелей признался, что его вообще вызывали 2.12.2004г. При этом заявил, «меня не били, он только вот меня один раз пнул, я сразу выбежал, и все…у меня была корка на поллица, как вот падаешь коленкой…как мне было жить, я думал, что меня убьют…Я следователю говорил про это, но он сказал – «давай не будем это писать».
    Почему Чебыкин поднял «бучу» только 2 декабря, а до этого вел себя спокойно, осталось невыясненным. Он мог точно так же орать в коридор, и в камеру напротив, с целью сообщить, что его избили. Но начал он орать только после событий в кабинете 2 декабря.
    Судмедэксперт Мыльник в суде указал, что:
    - синяки под обоими глазами – это параорбитальная, или «очковая» гематома, для ее появления вполне достаточно получить в падении перелом носа;
    - рубец на голове причинен не менее чем за неделю ранее, чем рубец на брови;
    - ссадины на лице получаются при скольжении в соприкосновении с обширной твердой поверхностью, как правило, в результате падений, получение их от кулаков или банки маловероятно;
    - кровоподтеки на пояснице вполне могли появиться от событий 2.12.2004г.;
    - при ударах кулаками в уже сломанный нос как правило, происходит смещение отломков, нос теряет свою форму. Самостоятельное «вправление» (репозиция) невозможно;
    - одновременное появление рубца на брови и перелома носа при падении вполне возможно
    - при избиении кулаками одного троими (каждый из которых весом от 90 до 120 кг.) повреждений на Чебыкине должно быть больше;
    Естественно, больше. И еще больше их было бы при 4-5 часовом избиении, как продолжал настаивать на суде потерпевший. Каждый из осужденных весом от 90 до 120 кг., их кулаки размером в поллица потерпевшего, и за 4 часа он превратился бы в грушу сине-фиолетового цвета.
    Суд, учитывая категоричность выводов эксперта, был вынужден исключить из обвинения только 3 ссадины на ногах и рубец на голове. Причины вранья потерпевшего в этой части не выяснялись. При этом суд положил в основу приговора вывод эксперта о том, что для получения телесных, зафиксированных у Чебыкина, необходимо не менее 7-8 ударов, а причинение ему всех повреждений при падении и борьбе маловероятно. Однако, при исследовании экспертом использовалась совсем иная картина повреждений у потерпевшего, чем вменяется приговором осужденным в вину. Какой вывод эксперт сделал бы при существенном ее изменении (устранены 3 ссадины на ногах и 1 рубец на затылке), неизвестно, но в любом случае количество минимально необходимых ударных воздействий было бы меньшим. Также в данном случае остался открытым вопрос о соответствии повреждений картине, указываемой осужденными, что имеет решающее значение.
    Суд положил в основу приговора заключение эксперта-криминалиста, который, рассмотрев в микроскоп МБС-10 фотографии размерами 6х8см., изготовленные на струйном принтере низкого качества печати (Canon - i 350) и бумаге типа «Снегурочка», узрел на радиаторе отопления (батарее) в кабинете пятна, сосчитал их, и заявил, что это кровь. Данные пятна на радиаторе осмотром не были выявлены, хотя следователь нагибался, измеряя пятно за батареей, и пятна на батарее оказались бы у него перед носом. По факту дачи ложного заключения экспертом осужденные подали заявление в Арсеньевскую прокуратуру.
    Самое главное – никто и ничто не опровергает то, что Чебыкин первым нанес удар. То, что происходило в кабинете, достоверно знают только те, кто там был. Чебыкин утверждает, что не мог нанести удар, т.к. «в кабинете было трое здоровых мужиков». Подсудимые утверждают, что в кабинете было двое «мужиков», и эти показания судом не опровергнуты. Тем не менее, наличие рядом любого количества как мужиков, так и милиционеров ранее никоим образом не останавливало Чебыкина от нанесения ударов (см. факты, приведенные в начале).
    Да, есть противоречивые доказательства, но вышеприведенным фактам суд обязан был дать мотивированную оценку в приговоре, по каким мотивам он отверг многочисленные доказательства, подтверждающие позицию защиты, неясно.
    Но почему же потерпевший столь долго и последовательно дает показания, обвиняющие осужденных? Его версия – говорю правду и только правду.
    . Но… Подсудимые ясно дали понять с первого допроса, что такая позиция потерпевшим была занята с целью «обменять» заявление на заявление, избежать уголовной ответственности за нос Уваров. Это на суде подтвердил и Баранов. За дачу ложного доноса в нашем случае никого не привлечешь – Баранов писал его левой ногой от имени Чебыкина, - можно в любой момент сказать, что ошибся. Кроме того, «блатному» писать заявы вообще нельзя – «западло». Пятен крови в кабинете (за 8 дней!) не видели ни осужденные, работавшие там, ни 13 отвергнутых судом незаинтересованных свидетелей, хотя это говорит о возможности их искусственного нанесения Чебыкиным совместно с Барановым непосредственно перед осмотром прокуратурой (никто не видел, что они с Барановым там делали, а нос-руку-палец для такого дела раскровить – раз плюнуть). Со дня, когда они там якобы появились, до дня осмотра прошло 8 суток. Проведение «тайного» осмотра каб.№3 в полночь, без участия представителей администрации ГОВД, не позволило достоверно выявить момент действительного появления пятен крови на светло-голубых стенах. Кабинеты ИВС в тот период мылись и убирались, но женщины, это делавшие, не были своевременно допрошены, а потом убыли для отбывания наказания. Осужденные со дня возбуждения дела знали, что потерпевший получал телесные повреждения как до, так и после событий в ночь на 1.12.2004г., и надеялись доказать это именно в суде. Здесь не будет приведено, что именно происходило в каб.№3 2.12.2004г., перед тем, как Чебыкин оттуда выбежал – это не входит в рамки обвинения, предъявленного осужденным, но прямо соотносится с увеличением повреждений по отношению к полученным вечером 30.11.2004г. В ходе судебного следствия подсудимыми были выявлены многочисленные формальные (и не очень) процессуальные нарушения, с целью показать качество и методы ведения следствия, но суд их во внимание не принял. Также суд отказал в проведении общей, комплексной экспертизы, для выяснения противоречий и вопросов, возникших при допросе эксперта Мыльника, и роли событий 2.12.2004г. Интересен момент, что суд отвел вопрос потерпевшему – врал ли он на предыдущем суде (потерпевший утверждал, что травм – ударов не получал в течении 10 дней до событий, а в приговоре суда по Уварову сам Чебыкин и трое его друзей говорили, что его били, в том числе прикладом по голове).
    В настоящее время Чебыкин за нос Уварова отсидел более 3 лет, собирается на УДО, - в стремлении обвинить осужденных им сейчас может двигать обида за то, что он получил телесные, а никого не наказали, в то время как ему за один удар назначено 5 лет «зоны». Либо обида за то, что дело не замяли, хотя имелась возможность. Либо опасения получить дополнительный срок за дачу заведомо ложных показаний. Либо – посадить ментов, да не простых, - однозначно добавит веса «блатному».
    Разницы нет, что он думает, но причину лжи, оговора осужденных, а как минимум – значительной драматизации событий в ночь на 1.12.2004г. никто не знает. Все знают только одно – менты бьют, били и будут бить, и верить им нельзя. А потерпевший – полноправный гражданин РФ, реализующий свои права законным порядком. Однако, согласно закону, потерпевший не может, не имеет права врать даже в мелочах – от его показаний зависит жизнь и свобода других. Ложь же Чебыкина в суде была выявлена не раз.
    Бывший зам.прокурора Степыко, что вел предварительное следствие по данному делу, в настоящее время руководит следствием прокуратуры по всему г.Владивостоку. Его карьерный рост начался именно после сдачи этого дела в суд (июнь 2005г.). Ему очень не хотелось бы, чтобы это дело закончилось «пшиком», или в нем найдутся недостатки. Прекрасно это иллюстрирует то, что после подачи подсудимыми ходатайства-жалобы о возвращении дела прокурору в связи с незаконностью возбуждения уголовного дела и др. процессуальных решений, суд объявил перерыв с удалением в совещательную комнату для вынесения решения. Когда судья уже подходил к своему кабинету, его догнали Степыко и Вейнц, и отозвали на лестницу. О чем они там говорили, неизвестно, но этот момент видели все подсудимые. Обжалуемые как незаконные решения выносил именно Степыко, и в случае их отмены у него непременно были бы неприятности по службе. На следующий день в удовлетворении ходатайства-жалобы подсудимым было отказано. Приехать из г.Владивостока в нужный момент, и первым делом искать разговора по делу с судьей, нарушая тайну совещательной комнаты – поступок, достойный гаранта законности в органах следствия.

    Мент должен сидеть в тюрьме
    Государственный обвинитель после оглашения наказания (4 года л\св.) сказала «Я же меньше просила…». Она «запрашивала» подсудимым 3 года условно, на наш взгляд, понимая слабость доказательств, и множественность нарушений закона в деле. Обескураженным казался и сам потерпевший. Злобно выглядела представитель потерпевшего, более 2 лет вынужденная работать бесплатно, и в конце концов не получившая денег ни от потерпевшего, ни от осужденных (ей была разовая оплата за то, что она «замнет» дело по Уварову, путем давления по второму делу, - не вышло, и денег тоже больше не дали).
    Осужденные и их защитники написали кассационную жалобу, ждут ознакомления с протоколом судебного заседания, и надеются на отмену приговора и направление дела на новое рассмотрение. Подготовлены характеристики, доказывающие, что с 2004г. и ранее они вели вполне законопослушный образ жизни, фактически 3 последних года находясь на положении условно осужденных (ежемесячные явки в суд, ограничения по службе и т.п.), для решения вопроса о мере пресечения в случе отмены приговора.
    Их цель – не смягчить\снизить наказание, а доказать свою полную невиновность. Жаль, что третий подсудимый не увидит результата (погиб в результате ДТП).
    Подытожив вышеприведенное, хотим подчеркнуть – это частный случай, но все-таки, что же более важно - убеждение, что «менты бьют» и «да, эти подсудимые могли так», или факты? Если есть факты, неопровержимо доказывающие, что Чебыкин не мог как минимум нанести удар первым, что он не мог врать, почему же их не привели в приговоре?
    Закон или внутреннее убеждение? Представляется, что внутреннее убеждение должно формироваться только на фактах, установленных законным порядком.
    Или все-таки будем судить так - ты чиновник, тебя обвинил давший взятку, значит ты-взяточник? Ты врач, не сумевший в ходе операции сохранить жизнь пациенту, - убийца?
    «Вор должен сидеть в тюрьме. Будет сидеть! Я сказал…»
    Теперь это звучит «мент должен сидеть в тюрьме»? За дело бы…

    (фамилии участников изменены, приведенные факты документально доказуемы)

    --------

    Хотелось бы, услышать ваши мнения, а также ответ на следующий вопрос:
    Что важнее для решения вопроса о виновности-невиновности:
    1. Факты, собранные законным образом.
    2. Внутреннее убеждение судьи (следователя, дознавателя, нужное вписать).
    3. Последовательное отстаивание обвинения потерпевшим.

    2 Недоступно! Недоступно!
    Последний раз редактировалось Voland; 09.04.2008 в 12:29.


Пользователи, которые читали эту тему: 0

В данный момент нет участников для отображения в списке.

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •